12 Лютого 2018
Автор: Павел Щелин, ассоциированный эксперт Украинского института будущего
Этим текстом Украинский Институт Будущего начинает серию очерков о самых важных событиях, произошедших в России, или непосредственно связанных с ней за прошедший месяц. Обычно, январь является периодом затишья, однако в этом году он оказался крайне богат на информационные поводы, часть из которых важна и для стороннего наблюдателя, следящими за маркерами, позволяющими отслеживать траекторию будущего развития российского авторитарного равновесия.
Таковых, на мой взгляд в январе было четыре: два внутри России и два в сфере ее внешней политики.
А именно:
При подготовке доклада о прогнозе развития России на 2018 год, выполненном по заказу Института Будущего я выделил следующие императивы российской внутренней и внешней политики:
Если исходить из этих «сверхзадач», то январь стал противоречивым месяцем для российского руководства, как во вне так и внутри страны.
Турецкий торг
Несмотря на заявления о достигнутой победе в ходе «антитеррористической» операции в Сирии, российские войска продолжили находиться в стране, нести потери, а Сирия осталась полигоном, где различные региональные силы решают свои противоречия. В частности в ходе атаки в ночь с 31 декабря на 1 января авиабазы в Хмеймим было уничтожено 7 самолетов. Во-вторых, – несмотря на 2, 5 года войны, Россия так и не стала главным игроком в регионе не только в сравнении с США, но и с Турцией.
20 января турецкая армия начала операцию по зачистке так Афринского кантона – курдской территории между двумя зонами, контролируемой про-турецкими подразделениями. Важно это событие как с идеологической так и с практической точки зрения. Во-первых, в этот же день по сути был разрушен последний аргумент, прикрывавший легитимность российского военного присутствия в Сирии. Тот факт, что Россия согласилась с этой операцией, и судя по заявлениям турецкого премьер-министра президента согласовала ее, несмотря на все обещания защищать территориальную целость Сирии, лишает режим Путина столь важной для него формальной легитимности во внешней политике.
Во – вторых, наступление в Африне напрямую связано с вопросом прокладки через Турцию маршрута газопровода в обход Украины. Ровно за день до начала операции 19 января была согласовала прокладка второй трубы газопровода «Турецкий поток» в исключительной экономической зоне Турции. По сути курды стали разменной монетой в этом торге, который продолжается с начала российско-украинской войны. России жизненно важно проложить маршруты в обход Украины до 2019 года, заканчивается и срок действия российско-украинского контракта по транзиту российского газа в Европу. При этом еще в 2015 году Россия заявила о прекращении всего транзита газа через Украину после завершения текущего контракта. В противном случае ей придется договариваться с Украиной и, по меньшей мере, эти переговоры Москва будет начинать на невыгодных позициях.
На данный момент мощностей Северного потока недостаточно, чтобы компенсировать потенциальную потерю украинского транзита, проект Северный поток-2 находится в неопределенном состоянии из-за сопротивления ряда стран ЕС, выступающих против российской энергетической зависимости. Поэтому газопровод через территорию Турции – принципиальная задача нынешнего режима, от которого зависит его экономическое выживание. Это прекрасно понимает турецкий президент и использует ради своих целей и задач. И самое важное в этой истории – субъектность игроков. По сути не Россия давит на Турцию, но Турция играет потребностями России выторговывая за каждое малейшее решение по газопроводу новые зоны влияния в регионе. Можно с уверенностью ожидать новых уступок со стороны России по Сирии в 2018 году – пока еще не согласованы точка входа газопровода на турецкую территорию и маршрут его прохода по территории страны.
Подводя итог этой теме необходимо отметить, что все разговоры о величии России или ее статусе сверхдержавы оказываются преувеличены при пристальном рассмотрении. Региональная держава – Турция, диктует Москве свою волю, при том, что у последней крайне ограниченные ресурсы давления в ответ. Авантюра в Сирии показывает предел реальных военно-политических возможностей режима Владимира Путина проецировать свою силу за пределами страны и достигать силой экономических задач.
Санкционый список?
В ночь на 30 января ЦРУ был опубликован ожидаемый «кремлевский» доклад, составленный по поручению Конгресса США. Реакции экспертного сообщества на него разделились на диаметрально противоположные: доклад характеризовали и как «пшик», созданный ради формы, так и как ультиматум Кремлю.
На первый взгляд результат шестимесячной работы ЦРУ выглядит блекло, особенно, зная поставленные перед ведомством задачи. Конгресс США поручил составить список высокопоставленных российских политиков и олигархов и членов их семей, выявить близости к режиму, размеры состояний, их зарубежные экономические связи а также роль контролируемых ими квазигосударственных организаций с описанием их роли в российской экономике, структуры собственности, зарубежных связей. Наконец требовалось детальное описание активности вышеупомянутых лиц в американской экономике, и как вторичные санкции могут повлиять на финансовые и долговые обязательства этих структур и лиц. Увы ничего этого в открытой части доклада, в которой всего 9 страниц, включая 7 со списком 210 фамилий, не представлено.
Чтобы понять, почему доклад получился именно таким, не вдаваясь в конспирологические теории об очередном вмешательстве всесильных российских спецслужб, необходимо принять тезис о том, что любые подобные списки в США – это, прежде всего, внутриполитическая история. На данный момент ветви власти в стране по-прежнему неэффективны и даже частично парализованы ввиду противостояния между президентом с одной стороны и Демократической партией с другой. Другими словами, в настоящий момент принятие любого решения в США крайне затруднено и забюрократизировано, а стороны стремятся по максиму навредить друг другу. Так, Конгресс не дает Дональду Трампу осуществить иммиграционную и налоговую реформы, и такой «бессодержательный» итог работы ЦРУ над поручением Конгресса вполне может быть своеобразным ответом Президента, демонстрацией его возможностей.
Однако столь «формальный» характер доклада вовсе не означает триумфа российской дипломатии. Напротив, даже в таком виде, доклад – первый по-настоящему мощный этап давления на российские элиты. Публикация списка ЦРУ действительно не приведет ни к каким немедленным последствиям, но она создает совсем другие стратегические рамки взаимодействия России и США.
Во-первых, будучи раз принятыми и опубликованными бюрократические решения обретают собственную логику и содержание. Они обретают собственную инерцию, которую в будущем оставить крайне сложно. Классическим примером является поправка Джексона – Веника, принятая в 1974 году к Закону о торговле США, ограничивающая торговлю со странами, препятствующими эмиграции, и отмененная в отношении России только в 2012 году – через 21 год после распада СССР и исчезновения каких-либо препятствий для миграции евреев в Израиль. Таким образом, даже в его нынешнем виде список создает возможность для конгрессменов, экспертов и прочих заинтересованных чиновников начать дальнейшую работу по наполнению его содержанием и практическим смыслом – было бы желание. А желание есть – сверхзадача Демократической партии и либерального истеблишмента в США доказать, что Трамп победил на выборах в результате действий России, а не из-за провала политики Демократов. Другими словами, этот список часть большой внутриамериканской истории, в которой режим Путина – одна из разменных монет.
Во-вторых, столь обширный список фамилий, в который включена вся российская политическая и экономическая элита, вне зависимости от желания составителей создает символический перелом в российско-американских отношениях. По сути весь режим Путина объявлен недоговороспособным, а для каждой фамилии в этом списке создана постоянная угроза и риск в отношении активов и членов семей. Тот факт, что опасность неформализована скорее ухудшает ситуацию для фигурантов: неизвестность и ожидание удара – гораздо более стрессовая среда, чем ясные враждебные решения. А состояние стресса – не лучшее время для принятия любых решений, как во внутренней, так и во внешней политике. Однако именно в таких условиях она теперь вынуждена осуществляться в России, снижая и без того низкое качество, принимаемых государственных решений.
Логика бойкота
В российской внутренней политике главным фактором, определяющим контекст ближайших трех месяцев, являются Президентские выборы 18 марта. Поэтому самое громкое политическое событие января напрямую связано с ними – а именно акция бойкота выборов, предпринятая 28 января Алексеем Навальным и его сторонниками.
Формально можно назвать 28 января – провалом всей агитационной кампании Навального периода 2017-2018 года. Если на антикоррупционные митинги по его призыву 26 марта 2017 года на улицы российских городов вышли сотни тысяч человек, включая примерно 20 – 25 000 в Москве, 28 января 2018 год общее число участников акции по России вряд ли превышало 15-20 000. Причин можно выделить несколько. Во-первых, это недоговороспособность самого Навального, который не является коалиционным лидером и не может наладить сотрудничества с другими оппозиционными силами. Во-вторых, это смена повестки с социально-мобилизующей на политически-радикальное. Требования бойкота и легитимности – политические требования, которые непопулярны в уличной политике как в 2017, так и в 2018 году. Российское общество крайне атомизировано и политикой не интересуется, и ожидать массовых политических демонстраций в защиту Навального и его права избираться было бы наивностью.
Тем не менее, с точки зрения эволюции российской политической системы идея бойкота выборов и власти, выдвинутая самым популярным уличным политиком в стране крайне важна. По сути можно говорить об осознанном переходе Навального и его сторонников в новое качество – в перспективу создания альтернативной системы власти и в конечном итоге силового противостояния с режимом. Приведу цитату ближайшего сторонника Навального Владимира Милова «сейчас исторический момент таков, что ситуация быстро переходит в плоскость «или мы их, или они нас». В России, пока на вербальном уровне, нарастает ситуация прото-гражданской войны. Два лагеря уже не могут мирно ужиться друг с другом. Дело идет к конфронтации… Мы медленно, но верно (а может и не медленно) идем к глобальному выяснению, кто кого …. Против силы может быть только другая сила. Давайте им ее покажем и добьемся честных конкурентных выборов. Не 18 марта, так позже, когда угодно. Я другого выхода не вижу». Та же мысль выражена в статье российского политолога Александра Кынева, которую в своих выступлениях как Навальный, так и Леонид Волков описывали как «правильную и замечательную». Кынев пишет о том, что «стратегия нового большинства – это все же стратегия реальной борьбы за власть, как минимум на уровне завоевания политического влияния».
В связи с этим возникают два вопроса, за которыми необходимо следить в 2018 году. Очевидно, что Навальный и его окружение либо примирились, либо почти примирились с неизбежностью силового противостояния с властью в определенный момент. Однако пока этот тезис не распространяется между их сторонниками. Таким образом, первый неизвестный момент – согласно ли ядро его сторонников – те 15-20 тысяч готовых выходить за Навального на улицу в любом случае к столкновениям с полицией. Второй момент – как Навальный планирует мобилизовать на эту задачу менее радикальную часть российской оппозиции. Иными словами как он собирается вывести на улицы хотя бы столько же людей сколько вышло 26 марта и 12 июня 2017 по России и 6 мая 2012 года в Москве на Болотную площадь. Без этого весь пафос новой повестки исчезнет за несколько месяцев.
Вместо заключения или конец мифа о «духовности»
Последним значимым политическим событием января является совсем не политическая история. 16 января на YouTube была опубликована запись, в котором курсанты Ульяновского института гражданской авиации в нижнем белье, обуви, ремнях и форменных фуражках танцуют под песню Satisfaction Бенни Бенасси. В ответ российская пропагандистская машина и традиционные борцы за нравственность попытались начать кампанию общенародного возмущения этим актом культурного вольнодумства и по сути невольным и намеренным вызовом всей имперской культуре войны и мачизма. Губернатор Ульяновской области Сергей Морозов создал специальную комиссии «для проверки факта появления в интернете видеозаписи с полуголыми курсантами Ульяновского института гражданской авиации имени Б.П. Бугаева».
Однако в ответ, в сети началась волна похожих роликов в поддержку курсантов. В флешмобе приняли участие студенты ульяновского и студентки Рязановского сельхозтехникумов, учащиеся строительного колледжа, студентки-медики из Димитровграда, курсанты суворовского и мореходного училищ, пенсионерки из Петербурга и десятки других. Несмотря на кажущуюся несерьезность этого события, по сути оно вынуждает пересмотреть базовые предположения о всенародной поддержке курса на имперской, противостояние с Западом и на особый путь развития России, декларируемые российской властью.
Все это – выдуманные властью мифы для управления населением, его страхами и комплексами. В культурном плане разрыв между тем, что декларируется пропагандой и тем, как живет общество продолжает нарастать. И то, что пока этот разрыв совсем не политизирован, не означает что он таковым не станет ввиду непредсказуемых событий. Когда-то, именно из-за незнания элитами СССР своего общества оказалось, что в их защиты добровольно не готов выйти ни один член из многомиллионной коммунистической партии. И тогда, на пустых улицах, даже 100-200 000 потенциальных сторонников Навального смогут стать силой.
Танец студентов продемонстрировал пустоту вместо общественного договора или мистической харизмы Путина в основе суверенности российского режима. Пока нет непосредственных угроз стабильности авторитарной стабильности, способных завтра его опрокинуть. Но ничего не гарантирует от непредвиденных случайностей в будущем. И элиты, и общество, и политики находятся в ожидании События, которое принесет движение в омертвевшую среду. Кто-то видит в нем возможность, кто-то боится, но постепенно складывается консенсус, что сложившаяся модель власти не работает ни в одной из сфер общественной жизни. И в такой среде даже микротрещин в монолите власти, крепком только снаружи и пустом изнутри, может быть достаточно в определенный момент, чтобы система качнулась.
Немає категорій у цього запису.
Разом ми можемо змінювати майбутнє! Ваша підтримка дозволяє нам продовжувати наші дослідження та надавати об'єктивний аналіз ключових суспільних питань. Приєднуйтесь до нас сьогодні, щоб спільно будувати майбутнє наших поколінь.
Підтримати