Блицкриг Луценко поглотили дебри прокуратуры

Приход Луценко ознаменовался блицкригом – молниеносным и беспрецедентным голосованием в парламенте за изменения к закону «О прокуратуре» и предоставлением согласия на назначение Президентом Юрия Витальевича на должность Генерального прокурора.

Попыткой блицкрига можно назвать и его первые месяцы на новой должности: инициатива с проверкой на добродетель прокуроров, создание новой Генеральной инспекции, громкие имена политиков высшего эшелона, по которым осуществляется производство Генеральной прокуратурой, конкурирование с НАБУ и много бескомпромиссных заявлений по непримиримости в борьбе с преступностью , заявления о долюстрации недолюстрованных прокуроров, открытие доступности прокурорской профессии для «внешних» кандидатов и многое другое.

Правда, впоследствии Юрия Витальевича ожидала реальность, которая показала, что блицкригом прокуратуру не взять.

Во-первых, прокуроры всегда не любили милиционеров. И хотя Луценко трудно назвать милиционером, однако введение в руководство прокуратуры выходцев из трущоб МВД было резко негативно воспринято в прокурорской среде.

Во-вторых, люстрация предшественниками Луценко была проведена в рамках закона: все, кто формально подпадал под люстрацию, были, в основном, люстрированы. Поэтому в итоге лишь до десятка прокуроров были действительно люстрированы во времена Луценко.

В-третьих, оказалось, что способных к выполнению «заданий партии и правительства» прокуроров не так много, а за пределами прокуратуры не стоит очередь желающих влиться в их ряды. А руководителей, способных эффективно выполнять поставленные задачи, – вообще единицы. Поэтому жесткие кадровые чистки со стороны Луценко привели бы к полному параличу органов прокуратуры. Оказалось, что способность показала лишь военная прокуратура во главе с неудобным Главным военным прокурором Анатолием Матиосом, и он вновь доказал свою нужность.

В-четвертых, влияние на назначение на административные должности в прокуратуре было несколько утрачено, и перспектива с шокинским Советом прокуроров вообще могла вывести центр принятия кадровых решений за пределы прокуратуры.

Что-то пошло не так

Однако, в процессе освоения системы прокуратуры забыли о едва ли не самое главное: с сентября 2016 прокуратура, согласно изменениям в Конституцию, кардинально изменила свой статус. Прокуратура теперь является частью правосудия и ее полномочия жестко ограничены:

1) поддержание публичного обвинения в суде;

2) организация и процессуальное руководство досудебным расследованием,

3) решение в соответствии с законом других вопросов в ходе уголовного производства,

4) надзор за негласными и другими следователями и розыскными действиями органов правопорядка;

5) представительство интересов государства в суде в исключительных случаях и в порядке, которые определены законом.

В новом статусе отсутствуют следственные и надзорные полномочия – основные функции, с которыми всегда ассоциировалась и продолжает ассоциироваться прокуратура.

Команда Луценко должна предложить новую модель, новое видение прокуратуры. И здесь оказались основные, на мой взгляд, проблемы. В частности, то, что способной для этой цели команды у Юрия Витальевича пока нет, а нового видения за год работы так и не было предложено. Судя по всему, такая задача перед Генеральным прокурором просто не ставилась. Именно поэтому внутри системы прокуратуры в течение этого года ощутимо проявилась разбалансированность. Прокуроры не видят, к какой цели, к какой модели в конце концов они идут. Как будут оцениваться их результаты работы? Основные успехи, о которых мы слышим сегодня, – это достижения следствия прокуратуры, от которого, согласно Конституции и Уголовного процессуального кодекса, прокуратура постепенно избавится!

В случае, когда отсутствует четкая новая модель деятельности органов прокуратуры, начинают совершенствовать, штопать старую модель. Вот почему многие прокуроры грустят сегодня по временам Пшонки, при котором модель деятельности прокуратуры была четкой и понятной. Каждый знал, что от него требуют и что он лично должен сделать сегодня и завтра.

Конкретики и четкости не хватает сегодня Луценко. Больше всего система не любит бессистемности. Однако, это недостаток не только Юрия Витальевича, но и сегодняшней власти в целом.

Оценить руководителя также можно по тому, что бы было, если бы такого лица не было на посту Генерального прокурора в течение последнего года. И здесь можно предполагать, что на большую часть текущей деятельности прокуратуры это бы не повлияло. К сожалению, традиционная слабость украинских руководителей заключается в том, что их управленческие решения касаются лишь ограниченного круга подчиненных (которые на глазах у Генерального) и характеризуются оторванностью от регионов (что очень напоминает проблемы украинской власти 100 лет назад).

В чем сила, прокурор?

Однако, надо также определить сильные позиции, которые можно связать с эффективностью самого Луценко – первого, как он сам отметил, «политически назначенного Генерального прокурора». Ключевое преимущество здесь – политическое влияние и авторитет Юрия Витальевича. Основные его успехи – это там, где он лично приложил усилия в так называемом ручном режиме.

1. Признание и опора на эффективные следственные подразделения военной прокуратуры, департамента по расследованию особо важных дел в сфере экономики ГПУ. Именно это привело к основным успехам Генеральной прокуратуры в досудебном расследовании дел Януковича, Курченко, а также возврат около 1,5 миллиардов долларов в бюджет.

2. Законодательный блицкриг по принятию изменений в Уголовный процессуальный кодекс относительно так называемого заочного досудебного расследования и судебного производства. Луценко четко воспринял проблему и блестяще «провел» проект через парламент. Видимо, ни один другой глава прокуратуры не смог бы это сделать в современных условиях.

3. Лоббирование состава обновленных органов прокурорского самоуправления, что позволит контролировать кадровые назначения.

При Луценко прокуратура однозначно утвердила себя как эффективный орган досудебного расследования. Это доказывает и количество, и качество дел, расследуемых прокуратурой (при этом прокуратура значительно опережает по эффективности НАБУ). И это, очевидно, заставило поставить пока на паузу процесс создания Государственного бюро расследований, которому должны быть переданы следственные полномочия прокуратуры.

Юрий Луценко 2.0

В начале своей каденции Юрий Луценко отметил, что он приходит на должность на полтора года. Далее он планировал вернуться в политику.

Однако, очевидно, Луценко останется на должности по крайней мере до начала полноценной работы Государственного бюро расследований. И это время ему нужно провести гораздо эффективнее, чем прошлый год.

Надо усиливать в Генеральной прокуратуре команду, которая бы занималась вопросом разработки и внедрения новой модели прокуратуры. Надо более активно работать с гражданским обществом по наработке согласованных изменений в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве.

Следующими шагами Луценко, вероятно, станут:

1) Продолжение законодательного продвижения интересов прокуратуры (на очереди мегаважный и неподъемный для предшественников Луценко проект закона о введении досудебного расследования уголовных проступков и проект изменений к профильному закону «О прокуратуре» относительно приведения его в соответствие с Конституцией Украины).

2) Пролонгация временных следственных полномочий прокуратуры еще на несколько лет.

3) Закладка повышения реальных зарплат прокуроров в проекте бюджета на 2018 году (не за счет премий, которые насчитываются на усмотрение руководства).

4) Пропаганда исключительных достижений прокуратуры в сознании правящей элиты.

Да, блицкриг Луценко в прокуратуре не состоялся. Однако, главное в будущем: будет ли Юрий Витальевич думать о следующей своей политической должности, или реально займется укреплением прокуратуры в интересах общества?

Команда UIF

Адміністрація